Г. Ефремов
Не совсем стихиМЫ ЛЮДИ ДРУГ ДРУГУ
Литва: будни свободы 1988-1989Глава четырнадцатая
СТОЛКНОВЕНИЕЧеловек тем больше ценится, чем выше платит
«ИНФОРМАЦИОННОЕ СООБЩЕНИЕ О СЕССИИ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА ЛИТОВСКОЙ ССР ОДИННАДЦАТОГО СОЗЫВА. Первое заседание.
17 ноября 1988 года в 11 часов началась десятая сессия Верховного Совета Литовской ССР одиннадцатого созыва. Верховный Совет Литовской ССР принял следующую повестку дня сессии:
1. Об изменении состава Президиума Верховного Совета Литовской ССР.
2. О Государственном плане экономического и социального развития Литовской ССР на 1989 год (...)
3. О Государственном бюджете Литовской ССР на 1989 год (...)
4. О дополнении Конституции Литовской ССР положением, регламентирующим государственный статус литовского языка, и об изменении государственных символов Литовской ССР.
5. О проектах Законов СССР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) СССР» и «О выборах народных депутатов СССР».
6. О Конституции Литовской ССР.
7. Утверждение Указов Президиума Верховного Совета Литовской ССР. (...)
Верховный Совет Литовской ССР освободил депутата от Вижуонского избирательного округа Р. Сонгайлу от обязанностей члена Президиума Верховного Совета Литовской ССР в связи с уходом на пенсию.
Верховный Совет Литовской ССР единогласно избрал членом Президиума Верховного Совета Литовской ССР депутата от Мажейкского избирательного округа, первого секретаря Центрального Комитета Компартии Литвы А. Бразаускаса.
(...)
Второе заседание вел Председатель Верховного Совета Литовской ССР Л. Шепетис. Верховный Совет Литовской ССР при двух депутатах, голосовавших против, и пяти воздержавшихся принял Закон «О Государственном плане экономического и социального развития Литовской ССР на 1989 год» (...) Верховный Совет Литовской ССР единогласно принял Закон «О Государственном бюджете Литовской ССР на 1989 год» (...)
Тут следует процитировать менее официальный пропагандистский материал, чтобы читатель постепенно втянулся в ритм этих нетерпеливых дней. «Комсомолка», 18 ноября 1988 года: «Тысячи вильнюсцев вечером 16 ноября собрались на площади Тарибу (Советской) возле здания Верховного Совета Литовской ССР. Здесь состоялся митинг, организованный ЛДП в связи с начинающейся сессией ВС Литовской ССР. Митинг открыл член совета Сейма ЛДП архитектор А. Каушпедас. Выступили член совета Сейма ЛДП писатель Р. Гудайтис, юрист В. Дзегорайтис, члены совета Сейма рабочий К. Уока, физик 3. Вайшвила и философ А. Юозайтис. Перед собравшимися выступил Председатель Президиума Верховного Совета Литовской ССР В. Астраускас... Участники митинга одобрили предложение о провозглашении литовского языка государственным языком Литовской ССР, о принятии новой Конституции Литовской ССР».
Как видим, поначалу все шло мирно. Первый день сессии завершился благостно и чинно. Мало кто представлял себе, какие страсти проснутся и забурлят вокруг литовского парламента завтра...
«Третье заседание. 18 ноября 1988 года в 10 часов началось третье заседание десятой сессии Верховного Совета Литовской ССР одиннадцатого созыва. Его вел Л. Шепетис (...)
Верховный Совет единогласно принял Закон — дополнить Конституцию (Основной Закон) Литовской ССР статьей 771, регламентирующей государственный статус литовского языка. Верховный Совет одобрил проект Указа «Об употреблении литовского языка и других языков» и поручил Президиуму опубликовать проект для всенародного обсуждения.
Верховный Совет единогласно принял Закон о статьях 168 и 169 Конституции Литовской ССР, которыми национальный флаг узаконен Государственным флагом Литовской Советской Социалистической Республики, а «Национальная песнь» Винцаса Кудирки — Государственным гимном Литовской ССР. Об изменении герба Литовской ССР вкратце выступил депутат А. Бразаускас. Верховный Совет решил этот вопрос на данной сессии не обсуждать, а знак Белого Витиса, т.е. знак Погони на красном фоне, считать национальным символом Литвы.
(После сессии я спросил у Э. Межелайтиса, почему у герба оказалась менее счастливая судьба. Тот ответил:
— Говорят, был у Бразаускаса спор с Горбачевым. И тот флаг и гимн уступил, а про герб сказал: как это вдруг — среди серпов и молотов окажется какая-то лошадка!..)
Верховный Совет приступил к обсуждению вопроса о проектах Законов СССР «Об изменениях и дополнениях Конституции (Основного Закона) СССР» и «О выборах народных депутатов СССР». С докладом по этому вопросу выступил секретарь Президиума ВС Литовской ССР И. Гурецкас (...) После прений и перерыва Верховный Совет Литовской ССР большинством голосов принял постановление о проектах Законов СССР. Верховный Совет единогласно принял постановление о создании конституционной комиссии Верховного Совета по подготовке проекта Конституции Литовской ССР.
Председатель Верховного Совета Л. Шепетис сообщил, что все вопросы повестки дня сессии исчерпаны, и объявил десятую сессию Верховного Совета Литовской ССР одиннадцатого созыва закрытой».
Привожу по стенограмме, в отрывках, три существеннейших выступления второго дня сессии. Они-то и стали средоточием общественного взрыва.
«Речь гостя сессии профессора В. Ландсбергиса. Свой истинный смысл должно обрести ленинское понимание Советского Союза. Союз — это не присоединение, не подсоединение, а именно союз. Соглашение равноправных членов во имя общей цели, каковой в данном случае является строительство социализма. Есть ведь страны — страны народной демократии, — которые также строят социализм, и первостроитель не считает их политическими или идеологическими преступниками. Если мы выбираем союз, то он должен быть именно выбранным, приемлемым, полезным для всех и во всех отношениях. Навязанный союз — это не союз, а нечто совершенно иное...
Мы не должны просить то, что нам принадлежит. Просьбы производят ложное впечатление, будто кто-нибудь за пределами Литвы может ей что-либо разрешать или не разрешать. Нужно осознать, что в высшем моральном и правовом смысле дело обстоит совсем не так, должно обстоять иначе. За нами право быть на этой земле, обрабатывать ее по своему разумению, строить или не строить на ней предприятия, производить на ней то, что мы сами решим производить. Это право не следует униженно просить, не обязательно его торжественно провозглашать, а необходимо — спокойно, серьезно, с достоинством уже на этой сессии сказать: таково наше право. Его необходимо сформулировать точными и устремленными в будущее положениями, так, как звучит 70-я статья новой редакции Конституции Литовской ССР, на которую предлагаю обратить ваше внимание: законы СССР действуют на территории Литовской ССР лишь в том случае, если они не противоречат Конституции Литовской ССР.
(...) Не следует забывать, что подписями против диктата и централизации I 700 000 жителей Литвы уже высказались за самостоятельность республики. Это и есть историческая возможность, которой после 29 ноября, если там (В. Ландсбергис имеет в виду Кремль, где в названный им день должна была состояться сессия Верховного Совета СССР. — Г.Е.) верх возьмет консервативное ревизионистское течение, если будут выкручивать руки и запустят машину формального голосования, мы можем лишиться. Эстонцы использовали эту возможность, приняли аналогичные статьи Конституции, согласно которым за их республикой остается окончательное слово в отношении любого союзного закона или нормативного акта. На следующее утро в Эстонии был праздник, всеобщее ликование, сплотившее наших прибалтийских братьев для дальнейшей мирной политической борьбы. И в Литве завтра может быть праздник, которому будут сопутствовать радостные воскресные колокола, хотя мы знаем, что и нас ждет нелегкий путь к правде, самоуважению, благосостоянию. Ворота эти еще заперты, но ключ — уже в наших руках (...)
От себя добавлю, что оставить эстонцев совершенно одних было бы очень сомнительной позицией (...)
И последнее, личное слово. Хочу пожелать всеми уважаемому и многими любимому Альгирдасу Бразаускасу, чтобы он стоял как скала в этом бурном море. Надеюсь, что вокруг него объединятся все коммунисты, желающие добра Литве, рабочий класс, крестьянство, «Саюдис», профсоюзы, Академия наук, другие организации, и эту единую волю нельзя будет сломить».
«Речь депутата Ю. Купляускене. Одобряя мнение выступивших ранее, хочу предложить депутатам принять такую декларацию:
Литовский народ издревле живет здесь, на землях у Балтийского моря. В тринадцатом веке он создал свое государство, на протяжении столетий защищал свою свободу и независимость. Сохранил свой язык, письменность и культуру. В 1918 году восстановил свою государственность. А в 1940 году суверенное литовское государство было включено в состав Советского Союза с конституционными гарантиями суверенитета Литвы и процветания народа. Однако во времена сталинщины и застоя были проигнорированы эти положения и принципы конституций СССР и Литовской ССР. С утратой республикой самостоятельности и укреплением диктата союзных ведомств была дестабилизирована экономика, постоянно ухудшалось экологическое состояние, увеличивалась детская смертность, сокращалась средняя продолжительность жизни. Возникла угроза генофонду литовского народа. С укоренением социальной несправедливости катастрофически упала нравственность.
Верховный Совет Литовской ССР видит единственный выход из этого кризисного состояния. Дальнейшее развитие Литвы возможно только в условиях экономического, политического и культурного суверенитета. Непременным условием которого является обоснование отношений между Литвой и СССР союзным договором. Поэтому Верховный Совет Литовской ССР протестует против поправок к Конституции СССР, которые отвергают конституционное право на самоопределение всех союзных республик. Верховный Совет Литовской ССР провозглашает, что до заключения договора между СССР и Литовской ССР все законы СССР на территории Литовской ССР вступают в силу только после их ратификации на сессии Верховного Совета Литвы. Изменения и дополнения к Конституции СССР, а также другие нормативные акты вступают в силу только после их утверждения Верховным Советом Литовской ССР и соответственного изменения и дополнения Литовской Конституции. Верховный Совет призывает всех людей доброй воли в республике объединиться во имя будущего социалистической демократии. Тем самым я хотела бы предложить такую резолюцию о союзном договоре:
ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ ЛИТОВСКОЙ ССР, РУКОВОДСТВУЯСЬ ПРИНЦИПАМИ ДЕКЛАРАЦИИ «О СУВЕРЕНИТЕТЕ ЛИТОВСКОЙ ССР», ПРЕДУСМАТРИВАЕТ, ЧТО ДАЛЬНЕЙШИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ ЛИТОВСКОЙ ССР И СССР БУДУТ ОСНОВЫВАТЬСЯ НА СОЮЗНОМ ДОГОВОРЕ, ЗАКЛЮЧЕННОМ НА ПАРИТЕТНЫХ НАЧАЛАХ. ВЕРХОВНЫЙ СОВЕТ ЛИТОВСКОЙ ССР ОБРАЩАЕТСЯ К ВЕРХОВНОМУ СОВЕТУ СССР С ПРЕДЛОЖЕНИЕМ ЗАКЛЮЧИТЬ СОЮЗНЫЙ ДОГОВОР И ОБЯЗЫВАЕТ ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА ЛИТОВСКОЙ ССР УЧАСТВОВАТЬ В ВЫРАБОТКЕ ТЕКСТА ЭТОГО ДОГОВОРА».
«Речь депутата А. Бразаускаса. Уважаемые товарищи депутаты, все находящиеся в этом зале! Видимо, настало время задать себе такой вопрос: отвечаем ли мы за свое будущее, за судьбу Литвы, своего народа, за будущее нашей молодежи? Отвечаем ли мы за нашу нормальную жизнь? Могу заявить: месяц, как я являюсь первым секретарем, но нормальной жизни в Литве я не почувствовал. Главное — из-за того, о чем мы сегодня говорим. Мы забыли о своих основных социальных проблемах... Демократию должны уважать все, и мы обязаны ее уважать. Я имею в виду Конституцию Литвы. Вопрос чрезвычайно сложный, чрезвычайно обширный и необыкновенно болезненный. Ни за один месяц, ни за один день мы не в состоянии решить такой вопрос, даже если отнесемся к этому с самыми высокими, самыми глубокими чувствами. Все это вы очень хорошо понимаете. Хотя многие из выступавших депутатов, как я понимаю, не совсем осознают или, я бы сказал, не ощущают ответственности за это. Это одна сторона дела. Вторая — есть предложения принять распространенный сегодня среди депутатов законопроект «Саюдиса». Что это означает? Такой законопроект, такой закон два дня назад приняли эстонцы. Эстонцам было предложено созвать новую сессию и отменить закон. Зачем нам, Литве, нужен однодневный, как мотылек, закон? Мы же люди занятые... И я думаю, что нам не следует вводить в заблуждение свой народ, свою нацию. Поэтому я очень прошу сделать серьезный и продуманный шаг. И чем мы ответственнее, вдумчивее будем делать эти уверенные шаги, тем большего, несравненно большего достигнем, нежели прыгая высоко и падая очень низко. Есть опасность пасть очень низко...
За пять месяцев мы все в Литве изменились. Приняли исторические решения. Так почему же мы хотим за два дня сделать то, на что уйдет год? Надо готовить Конституцию. И после создания секций (по выработке окончательного текста. — Г.Е.) мы будем со всей серьезностью обсуждать отдельные главы, следить за ходом дел, за совершенствованием Конституции страны. Об этом мы не должны забывать, должны внимательно прислушиваться и совещаться. Сейчас мы вырвались вперед. Это, разумеется, для нас большая честь. Ни у одной республики нет до такой степени подготовленного проекта Конституции, какой есть у нас. Это очень хорошо...
Вот, дорогие товарищи, мое предложение: примириться с этой мыслью, еще раз все хорошо обдумать, рассчитать каждый свой шаг в нынешней, весьма ответственной жизни и сделать все, чтобы жить нормально, нормально работать, решать те вопросы, которые настоятельно требуют внимания. Спасибо, товарищи!»
В этой речи Бразаускас сказал все, что мог сказать. Реальный политик, он надеялся на интеллект и ответственность партнеров и соперников по государственной, общественной, партийной работе. Вряд ли можно было выразиться более определенно в той обстановке. Но лидеры ЛДП частью не услышали голос разума и правды, частью сделали вид, что не слышат.
Во-первых, разгон был взят уже такой, что ни у кого (и у меня, естественно) в голове не умещалось, что «Саюдис» может проиграть, что кто-то в республике мыслит и действует умней и корректней. Поэтому большинство активистов ЛДП, не говоря уж о руководстве, допустили срыв, впали в истерику, чем нанесли авторитету Движения серьезный урон.
Во-вторых, вновь представилась возможность выйти на авансцену, привлечь и долго удерживать внимание всей республики. Перед таким соблазном не устояли многие из тех, кто понимал: достигнуто неимоверно много, лезть в бутылку нет смысла, следует искать пути для общего наступления.
Интересно и то, что лидеры «Саюдиса» требовали столь радикальных и смелых решений от Верховного Совета старого, формального созыва. Не могу взять в толк, как можно было искать понимания и повиновения у парламента, на который почти беспрерывно набрасывались с критикой, насмешками, издевательствами. Многие т.н. депутаты этого Верховного Совета ничего, кроме презрения, вызывать не могли, но сам факт остервенелых наскоков на авторитет парламента не делает нам чести. Повторю: тем более странными выглядели и звучали претензии к этому фиктивному парламенту.
Так или иначе, после того как стало ясно, что предложения «Саюдиса» не проходят, его руководство, приглашенное в качестве гостей на сессию ВС, демонстративно покинуло зал. Как встретила толпа выходящих из здания Верховного Совета — вы поймете по моему рассказу и приводимым далее документам.
Вот как выглядел восьмой номер «Возрождения», посвященный преимущественно событиям вокруг сессии Верховного Совета:
«ДЕМОКРАТИЯ? НЕТ! АВТОКРАТИЯ ВОЗОБЛАДАЛА НА ДЕСЯТОЙ СЕССИИ ВЕРХОВНОГО СОВЕТА ЛИТОВСКОЙ ССР».
Вот некоторые материалы этого номера:
«ВЕЧЕРОМ 18 НОЯБРЯ. На площади Гедимина собрались вильнюсцы с транспарантами, лозунгами, осуждающими порядок проведения сессии Верховного Совета Литовской ССР. По окончании заседания совета Сейма ЛДП (к тому времени «Саюдис» уже обладал собственным помещением на углу Кафедральной площади и проспекта Гедимина. — Г.Е.) члены совета вышли на площадь, где состоялся митинг.
(И тут перебью сам себя: то совещание, прошедшее во взвинченном, истерическом тоне, завершилось демонстративным уходом В. Пяткявичюса. Он, как я заметил, всегда с осторожностью, если не с брезгливостью, относился к «рок-группе» в ЛДП, как он называл относительно юных 3. Вайшвилу, В. Томкуса, А. Медалинскаса и др. Сам Витаутас Пяткявичюс и по складу, и по опыту был настоящим партийцем во вполне большевицком понимании этих слов. Неуемный темперамент, подкупающая (до грубости) простота общения, великолепный ораторский дар — все было при нем. И еще при нем были близкие, видимо, приятельские отношения с Бразаускасом. После того как члены совета Сейма покинули Дворец Советов, Пяткявичюс не сразу пошел в штаб-квартиру «Саюдиса», его некоторое время не было на экстренном заседании совета. Кто-то бросил фразу: «Подлизываться побежал». В той обстановке, в том состоянии было достаточно этой реплики, и, когда Пяткявичюс наконец явился, на него набросились с упреками и обвинениями. Он ответил тем же. Результаты этой перепалки были довольно плачевны.)
Краткое сообщение о ходе сессии сделал К. Антанавичюс. Он сказал, что члены совета Сейма ЛДП в знак протеста против нарушения процедуры голосования, явного давления на депутатов покинули зал заседаний. В. Чепайтис зачитал решение — обращение совета Сейма:
РЕШЕНИЕ СОВЕТА СЕЙМА ЛИТОВСКОГО ДВИЖЕНИЯ ЗА ПЕРЕСТРОЙКУ
Мы, члены совета Сейма ЛДП, приняли участие в десятой сессии Верховного Совета Литовской ССР одиннадцатого созыва. В повестку дня сессии были включены вопросы особой важности, касающиеся судьбы Литвы. На сессии литовскому языку был предоставлен статус государственного языка, а также приняты знаменательные поправки к Конституции Литовской ССР о флаге и гимне. Сессия также выразила свое отношение к изменениям и дополнениям Конституции СССР и новому закону о выборах. Уже при обсуждении последнего вопроса были заметны серьезные нарушения в процедуре сессии, попытки принять подготовленный вопреки установленному порядку проект постановления. Однако явные нарушения были допущены при обсуждении шестого вопроса повестки дня о Конституции Литовской ССР. Некоторые делегаты (Юст. Марцинкявичюс, А. Мейлус, В. Статулявичюс, Ю. Пожела, А. Жалис, Ю. Купляускене и др.) одобрили предложения совета Сейма ЛДП об отношениях Литвы с СССР на договорной основе, о вступлении в силу Конституции СССР, о нормативных актах в Литовской ССР после их ратификации Верховным Советом Литовской ССР, о поправках к статьям 11, 37, 70 действующей Конституции Литовской ССР. Однако эти вопросы, а также предложенная резолюция о союзном договоре в декларации-обращении Верховного Совета Литовской ССР к народу Литвы, народам СССР и народам мира хотя и были выдвинуты, но не поставлены на голосование. Порочный порядок работы сессии предопределили конформистская позиция председательствовавшего на сессии депутата Л. Шепетиса и явный диктат директивных органов, замешательство подвергшихся давлению депутатов и недостаточная ответственность за судьбу литовского народа. Мы, совет Сейма ЛДП, протестуем против манипулирования парламентской демократией и требуем, чтобы депутаты объяснили избирателям свою позицию и поведение на этой сессии Верховного Совета Литовской ССР.
На митинге выступили В. Ландсбергис, В. Томкус, 3. Вайшвила («Не оправдавших доверие депутатов следует отозвать!»), Р. Озолас, А. Каушпедас («Совет Сейма порывает все отношения с властями!..»), К. Уока («В понедельник, 21 ноября, с 12 до 12.10 следовало бы на всех автомагистралях республики, на всех улицах остановить транспорт в знак протеста»).
«ЗАЯВЛЕНИЕ ПРАВИТЕЛЬСТВА ЛИТОВСКОЙ ССР. Правительство республики выражает сожаление по поводу выпадов группы лиц вечером 18 ноября 1988 года у здания Верховного Совета Литовской ССР, которые посягали на честь и достоинство депутатов Верховного Совета Литовской ССР как представителей государственной власти. Правительство осуждает также действия тех граждан, кто, опираясь и прикрываясь нереальными аргументами (стиль оригинала сохранен. — Г.Е.), сейчас пытается помешать представителям власти республики исполнять депутатские обязанности в избирательных округах, трудовых коллективах, в большинстве случаев прибегает к недопустимым, незаконным, даже оскорбительным мерам...»
Суть в том, что некоторые излишне дисциплинированные сподвижники ЛДП, услышав призыв к депутатам «объяснить свою позицию», бросились немедленно эту позицию выяснять. Иные пытались добиться своего, невзирая на ночное время. Предпринимались усилия организовать отзыв нескольких депутатов... Вся эта горячечная деятельность продемонстрировала в первую очередь незрелость некоторых руководителей и большинства сторонников ЛДП. Было о чем поразмыслить.
20 ноября, когда страсти еще не совсем остыли, состоялось расширенное заседание совета Сейма ЛДП. На нем выступили идеологи, «первые номера» совета Сейма. В их докладах я выделил несколько важных мест, которые предлагаю вниманию читателя:
«В. Чепайтис. Каковы положительные результаты сессии? Прежде всего после нашего съезда мы излечились от эйфории... Теперь об отрицательных. Как все мы знаем, эстонцы уже пять дней живут в независимом государстве... Независимом де-юре, потому что их парламент, исполняя волю народа, принял поправки к Конституции, согласно которым союзные законы вступают в силу только после ратификации парламентом Эстонии...
В. Ландсбергис. Прозвучало слово «поражение». Это, по-моему, неверная оценка. Давайте спросим: кто проиграл? На самом деле свой шанс упустила Литва. Морально очень проиграло нынешнее руководство республики. Урок нужно извлечь всей литовской общественности. Она должна понять, чего ей недостает...
Р. Озолас. Есть мнение, что эстонцы победили. Разве уже победили? Думаю, они победят только тогда, когда их сегодняшняя Конституция будет отменена. И вот почему. Сейчас они просятся в Советский Союз, а СССР их принять не хочет. Они просят принять их в новый Советский Союз, настоящими основоположниками которого являются они. Горбачев дал возможность это сделать. Россия же не в состоянии понять это... Положение СССР сегодня таково, что признание самостоятельности любого уровня со стороны России, как видите, невозможно...
«Возрождение», № 8, материалы которого дали обильную пищу для волнений и обид, содержало статью Р. Озоласа, в оригинале озаглавленную:
«ПРОВОКАЦИЯ — ИСКОННО РУССКИЙ МЕТОД ПОЛИТИЧЕСКОЙ БОРЬБЫ?»
В этой злой и несправедливой работе подвергалась категорическому осуждению деятельность «Единства». Я отправился в редакторский кабинет и сказал Озоласу, вечно зеленому от недосыпа, нездоровья и переутомления:
— На литовскую газету я влияния не имею, но в русской числюсь редактором. Так нельзя. Выкинем «исконно русский» и несколько фраз в тексте статьи, иначе я ухожу насовсем.
Озолас поморщился:
— Надо — значит, выкинем. Но не слишком ли ты предупредителен к ним? Ведь вопрос как стоит: или мы строим свободную Литву — и тогда эти убираются восвояси, или они остаются, а мы отправляемся в Сибирь. Беречь друг друга в качестве оппонентов нет никакой надобности. Впрочем, в русской газете делай как знаешь...
Так я выступил в роли цензора. Ничему это не помогло. «Единство» и его попутчики острым глазом обнаружили разночтение и сделали сногсшибательный вывод: «Возрождение» нарочно смягчило русский вариант, чтобы разоружить оппонентов перед путчем, к которому готовит общество литовский текст той же статьи...
Именно тогда я подумал, что без своей русской газеты мы ничего не добьемся. Название ее я придумал еще месяц назад — «Согласие». Надо было убедить соратников в необходимости такой газеты, стоящей на гуманных, миротворческих позициях, способной помочь жизни, а не выживанию (меня в свое время поразило, как организаторы движения за спасение человечества назвали его движением за выживание человечества! Так и просится «за выживание с земли всего человечества»).
А кончался восьмой номер «Возрождения» коротеньким сообщением:
«ИНФОРМАЦИЯ СОВЕТА СЕЙМА ЛДП. На заседании совета Сейма ЛДП 21 ноября 1988 г. в 23 часа было принято решение о приостановлении полномочий члена совета Сейма Витаутаса Пяткявичюса до следующей сессии Сейма».
Время в этой заметке было указано не зря. К 11 часам вечера в заседании участвовали далеко не все члены совета. Я был поражен, прочитав такую информацию на стенде у входа в штаб «Саюдиса». Выяснилось, что недоброжелатели Пяткявичюса, а их, как и доброжелателей, у него было предостаточно, перепугались сами и сумели заразить испугом других, что ушедший, «хлопнув дверью», Пяткявичюс может наговорить массу несообразностей корреспондентам литовской и нелитовской прессы. Якобы для того, чтобы неблаговидное поведение одного члена совета не бросало тени на весь совет, и была предпринята соответствующая акция. Некоторые члены совета заявили устный протест. 24 ноября было созвано внеочередное заседание, на котором разбиралось «дело Пяткявичюса» и председательствовать на котором по жребию выпало мне.
Пяткявичюс сидел один на скамье у окна, красный и потный. Смотрел он прямо перед собой. Когда я дал ему слово, он достал из кармана бумагу и прочел заранее написанный текст заявления о том, что «рок-группа» ЛДП ведет «Саюдис» и всю Литву к гибели... Оппонировал К. Антанавичюс. Горячился 3. Вайшвила. Несколько часов ушло на смягчение спорящих, на убеждение «непримиримых». В итоге прежнее решение относительно Пяткявичюса было отменено. Я торжествовал. Не потому, что был когда-либо очарован Пяткявичюсом. Просто мне казалось и кажется, что тогда была восстановлена справедливость. А это выше любой выгоды, любой пользы.
Да и вообще, как я замечаю, бескорыстие вознаграждается щедрее всего. В тот день мы были бескорыстны.
Наутро я обнаружил в газете «Известия» (№ 329 за 1988 год) статью Л. Капелюшного «"Движение" и стоп-акция». Прочитал я ее, естественно, с опозданием, но возбудился настолько, что сел в то же утро писать опровержение.
Вечером совет вновь собрался на заседание (такое было тревожное время, что мы заседали каждый день), и я прочитал черновик своего ответа. Все молчали, только профессиональный газетчик А. Чекуолис осторожно сказал:
— Написано неплохо, но не слишком ли сильный это будет удар по Капелюшному, который большого вреда не наделал, а пользу принести может, как не раз это демонстрировал...
Я стоял на своем и в конце концов совет добровольно самоустранился, дав мне свободу публиковать этот опус, где я сочту нужным. Статья была напечатана только спустя три недели, я про это отдельно расскажу.
То заседание совета Сейма было замечательно вовсе не потому, что я на нем читал свою рукопись. В тот вечер совет Сейма и все Движение обрели формального лидера (будем считать, что неформальное лидерство в данном случае неоспоримо). Этому событию чрезвычайно способствовала статья Л. Капелюшного, где прямо говорилось, что к власти рвется команда В. Ландсбергиса, а это для Литвы равносильно смерти. И до того высказывались мнения, что-де любое коллективное действо нуждается в персонификации (говоря по-ученому), что необходимо хоть в некоторой степени ввести единоначалие. Нападки на «Саюдис» ускорили решение этой, на мой взгляд, надуманной проблемы.
Сначала каждый из нас назвал претендента, возможного председателя. После короткого совещания решили, что для голосования оставим две кандидатуры — В. Ландсбергиса и Р. Озоласа. Озолас в короткой речи указал, что, не снимая своей кандидатуры, заявляет: решение совета по данному вопросу должно быть наиболее веским и по возможности единодушным. Не рассчитывая на единогласное решение в пользу своей кандидатуры, Озолас попросил отдать голоса В. Ландсбергису.
Претендентов попросили удалиться из зала на время обсуждения. Слово взял Чекуолис, который (он председательствовал в тот вечер) повторил аргумент Озоласа и высказал пожелание, чтобы председатель совета был избран единогласно. Никто ему не возразил.
Единогласно избрали Ландсбергиса. Утвердили текст заявления, которое было назавтра обнародовано.
«ЗАЯВЛЕНИЕ СОВЕТА СЕЙМА ЛИТОВСКОГО ДВИЖЕНИЯ ЗА ПЕРЕСТРОЙКУ. В эти дни на страницах центральной и республиканской печати появились статьи, цель которых — расколоть Литовское Движение за перестройку. Членов совета Сейма делят на две группы, превознося одних как «светлые умы», создавшие Движение, другим же навешивая оскорбительные ярлыки. Кроме того, уже указано и лицо, единственное из руководителей Литовского Движения за перестройку, против которого отныне могут быть направлены любые атаки. Мы, члены совета Сейма, протестуем против таких методов политической борьбы и выражаем доверие Витаутасу Ландсбергису. На заседании совета Сейма он единогласно избран председателем совета Сейма.
Вильнюс, 25 ноября 1988 г.»
* * *
«Испепеляющие годы!» — написал Блок о своем времени. Найдем ли мы сходное по емкости и яркости определение наших лет? Времени, когда самые сухие бухгалтерские данные звенели нежнее соловьиных рулад.
«Казначейская служба ЛДП сообщает, что на счету ЛДП № 1700077 Вильнюсского операционного управления Жилсоцбанка на 23 ноября 1988 г. находится 957 027 руб. 50 коп.» Поймет ли кто-нибудь со стороны, что каждый грош на этом счету делал нас независимее?
Или вот такое сообщение: «НАШИ ПОДПИСИ В МОСКВЕ. 31 огромный пакет, три кубометра бумаги 24 ноября двинулись в путь в специально заказанном вагоне. В 14 час. 25 ноября делегацию из Литвы принял заведующий приемной Верховного Совета СССР В. Колесников. Судьба подписей будет обсуждаться на заседании Президиума Верховного Совета СССР («Возрождение», 1988, № 9).
Ничего более мирного, чем бухгалтерия, видимо, нет на свете. И когда революция уживается с подобными сводками и в них отчасти черпает силу — это поистине мирная революция. Ручаюсь, ее песенность ничуть не страдает оттого, что будничный романтизм наших порывов ограничен заветом согласия, обетом миролюбия, печатью бескровности. Только бы она не была ступенью к новому рабству!
...Ты, время, спляши напоследок,
Пока не истлела земля.
Я вижу — Луна среди веток
Повисла черна, как петля.
Я помню о плахе и дыбе
В преддверии новой борьбы
И знаю, что были владыки
И были, и были рабы.(Йонас Стрелкунас, «Свет революции»)